Главная » Охота » Транспорт и нарезное оружие: оружие массового поражения на охоте

Транспорт и нарезное оружие: оружие массового поражения на охоте

Транспорт в сочетании с обычным гладкоствольным ружьем и любое нарезное оружие само по себе. Eсли человечество бьет тревогу по поводу распространения оружия массового поражения, то в охотничьем мире такую опасность представляют транспорт и нарезное оружие. Поясню эту мысль.

фото: Семина Михаила

фото: Семина Михаила

Многовековая история взаимоотношений охотника и дичи приучила последнюю к «дозированному» расстоянию восприятия человека, обеспечивающему относительную безопасность в пределах досягаемости дробового снаряда в 30-60 метров.

На этом расстоянии дичь видит охотника и у неё есть шанс спастись.

Другое дело – нарезное оружие, когда зверь или птица чаще всего вообще не видит человека и, следовательно, не может защититься от опасности, не подозревает, откуда её настигает смерть.

Нарезное оружие, и в частности карабин, были созданы человеком для охоты на копытных и крупных хищников.

В отношении остальной дичи, например, птиц и зайцев, применение нарезного оружия запрещено.

Это теоретически.

На практике же карабины и мелкокалиберные винтовки стали широко применяться их владельцами для отстрела гусей, глухарей, тетеревов и зайцев.

Заяц, отбегавший от поднявшего его с лежки охотника на безопасное, с его точки зрения, расстояние в 150-200 метров, выработанное и генетически закрепленное в сознании на основании исторического опыта, может остановиться и сесть, чтобы осмотреться.

А если в руках у человека нарезное оружие? Для охотника, вооруженного гладкоствольным ружьем, он действительно недосягаем. Выстрел – и жизнь косого оборвалась! Инспектирующих охоту егерей нет.

Мне самому неоднократно приходилось наблюдать их, спокойно сидящих на земле на безопасном расстоянии. В таком же положении оказываются вылетающие осенью для сбора гастролитов на грунтовые дороги и насыпи узкоколеек глухари.

Как правило, это закончится неудачей. Попробуйте подойти к такой птице на дробовой выстрел. А выстрел из нарезного оружия положит мошника на месте запросто. У птицы есть шанс выжить!

Взять их из карабина или мелкокалиберной винтовки не представляет никакой проблемы! Так же уязвимы тетерева, сидящие осенью и зимой на деревьях.

фото: Семина Михаила

Все они не скрывали, что успешно применяют это оружие для отстрела птиц и зайцев. Мне приходилось общаться с несколькими владельцами нарезного оружия. И надо полагать – не являются исключением.

В состязании «охотник-дичь», каким является правильная охота, у птицы и зверя должен быть шанс на спасение. Я намеренно применил термин «отстрел», потому что рука не поднимается написать слово «охота». Иначе это просто убийство, не имеющее ничего общего с охотой!

Здесь просматривается определенная аналогия с нарезным оружием. Особый разговор-стрельба боровой дичи с машин.

Машина не ассоциируется у неё с охотником. Как и в случаях с ним, птица не видит человека. Остальное – дело техники. И она подпускает механический агрегат на расстояние дробового выстрела.

Как-то в сентябре едем на двух машинах через сосновый бор. Мне дважды довелось быть свидетелем таких убийств. Внезапно впереди идущая машина останавливается. Вечер. Шофер говорит мне: «Смотри, глухарка!». Наша, естественно, тоже.

Я вижу, как дверца передней машины со стороны шофера открывается, человек спускается на землю, слегка приспускает стекло, просовывает в него ствол дробового ружья. Действительно, на обочине, дороги метрах в тридцати от нас, сидит копалуха.

Затем следует выстрел, и вот уже прародительница глухариного рода бьется на земле, разбрызгивая вокруг себя капли крови. Мне хочется крикнуть птице: «Лети, что сидишь!» Но она не улавливает мою мысль и лишь на несколько шагов продвигается от нас по дороге. Все кончено.

Мы едем дальше. Человек подходит к поверженной птице, берет её за лапы и небрежно бросает в багажник машины. Ведь сам же сетуешь, что глухаря в бору стало мало! Позже я говорю стрелку: «Зачем ты это сделал? «Ответ поверг меня в шок: «Не я, так другие бы убили!» Вот такая философия.

Едем так же на двух машинах. Второй случай, и вновь в сходной ситуации. По обе стороны от дороги поля, по закрайкам которых растет березняк. Поздняя осень. Вглядываюсь в вершины берез и тут же замечаю черные точки сидящих косачей. Внезапно головная машина резко сворачивает с дороги и прямо по жнивью направляется к лесу. Машина напрямую едет к ним.

фото: Семина Михаила

Дальше все повторяется в той же последовательности, как и в случае с глухаркой. Вот она остановилась на расстоянии, которое от меня определить затруднительно. Следует второй выстрел. Следует выстрел – один косач падает, другие еще продолжают сидеть. Лишь после этого стая снимается с березы и улетает в глубь леса. И тетерева лишаются еще одного своего соплеменника.

Ясно, что без машины достичь такого результата было бы невозможно. Стрелок выходит из машины, подбирает убитых птиц, и мы продолжаем свой путь. Отрицательный ответ, по-моему, очевиден! Но можно ли это назвать охотой?

Для вывоза леса проложены узкоколейки. Леса в Вятском крае интенсивно вырубаются. Так что строительство таких дорог – своего рода биотехническое мероприятие. По железнодорожной насыпи обычно бывает разбросано много камешков – гастролитов, необходимых птицам для перетирания грубых зимних кормов.

И особенно в последнее время в связи с широким распространением нарезного оружия. Вот только оно нередко оборачивается гибелью для боровой дичи.

Если замечу глухаря, то, не таясь, спокойно подходил к нему на расстояние карабинного выстрела, на 200-250 метров, представь себе – он не улетает, не чувствуя опасности. «Ездил прошлый сезон в один из северных районов области, – откровенничает со мной знакомый охотник, – ходил вдоль полотна узкоколейки, посматривая в бинокль. Добыть с ней птицу на таком расстоянии не проблема. У меня оптика. Мог больше, просто нужды не было». Добыл двух.

Это что-то сродни электроудочкам для рыбы. Как же бороться с этим карабинным злом, формально запрещенным, но фактически широко используемым? Возникает вопрос: смогут ли птицы и звери приспособиться к такому оружию? Так же гибельно для животных.

Сколько нужно времени в историческом разрезе, чтобы между человеком и дичью установилось новое «дозированное «расстояние, гарантирующее относительную безопасность для последней в пределах 150-200 метров?

Как сказано в известном телефильме – вот «информация к размышлению». А может, не нужно ждать этого, а разработать уже сейчас эффективные меры защиты охотничьих животных от «оружия массового поражения»?

Борис Михайловский 8 октября 2019 в 13:59





Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Это интересно

Коммунальные платежи воду не очищают

Северобайкальск. Северобайкальской межрайонной природоохранной прокуратурой проверена деятельность униципального предприятия «Жилищник», эксплуатирующего очистные сооружения г. 03. Установлено, что вследствие устаревшей технологии очистки хозяйственно-бытовых стоков, сооружения не позволяют обеспечить фильтрацию сточных вод до приемлемых значений, установленных приказом Минприроды России от 05. 2010 ...

Эх, Чухлома!

Чухлома… Из любопытства я поискал информацию об этом городе Костромской области, получившего название от Чухломского озера, и был поражен историей края и числом знаменитостей, которых дала эта земля. Выехать мы решили пораньше, чтобы осмотреть город. Но российские дороги и вечный ремонт, как обычно, внесли в наши ...