Главная » Охота » Профессионал: история одного охотника

Профессионал: история одного охотника

Десятка два домов, укрытых от ветра холмистыми берегами, стоят под древними разлапистыми ивами в пойме красавицы Упы. Деревня, где мой отец купил когда-то дом, маленькая. Поехал с нами и мой отец. В ту весну мне удалось уговорить приятелей Виктора и Славу поехать в эти места на открытие охоты. Всю дорогу Виктор развлекал нас охотничьими байками, из которых следовало, что он отличный стрелок.

фото: Fotolia.com

фото: Fotolia.com

— Стреляю я профессионально, — добавлял он каждый раз.

Изба без жильцов за зиму отсырела, стены отдавали холодом, но вскоре в затопленной печке ласково и уютно потрескивали поленья. Во второй половине дня мы были на месте.

Спорили об охоте, вспоминали интересные истории. Мы расположились за массивным столом у окна и принялись за наскоро собранный московский харч, да кое-что из подвала дядюшки Жоры (так уважительно величали моего отца приятели) достали.

После недолгой беседы он говорит: Вскоре на дымок зашел сосед Володя — страстный рыболов и охотник.

— А я хочу пойти рыбу половить на перекате.

— Когда?

— Сейчас.

— спрашиваю. — Возьмешь за компанию? — Прихвачу ружьишко, может, утка где будет.

— Хочешь, бери у меня подсадную. — Пойдем, — отвечает Володя. Я такую завел — загляденье.

Его полные щеки и пухлые губы масляно блестят в тусклом свете псевдохрустальной люстры. — Торопишься пострелять, как голый купаться, — пытается остановить меня Виктор.

Не, мы со Славой подождем до тяги, водочку пока через организм пофильтруем. Причавкивая хрустящими солеными огурцами, Виктор добавляет: И не отдохнешь как следует с дороги. От профессионалов дичь никуда не денется. Правда, Слав?

— Как хотите.

Он выносит из сарая корзину с подсадной уткой. Я захожу к Володе. Из-за кустов с шумом вылетает стайка крякв. Мы пересекаем уже освободившийся от снега луг и подходим к обрывистому берегу в излучине реки. Володя кричит:

— Пускай подсадную.

Он принимается разматывать удочку, а я отхожу метров на сто пятьдесят, отыскиваю тихую заводинку и выпускаю на воду утку.

И только моя крякуха шумно время от времени охорашивается и зовет звучным голосом селезня. Кругом тихо, журчание ручьев не нарушает спокойствия природы. За ним второй. Вдруг неожиданный свист крыльев, и рядом за кустами шлепок на воду.

Их что-то насторожило, и они, притормозив, разворачиваются на течении. На открытое место выплывают два здоровенных красавца селезня. Я стреляю в обоих поочередно. Их сносит. Течение медленно несет их. Оба лежат, распластав крылья. В азарте я не подумал, как достану птиц из реки.

Но все тот же охотничий азарт раздевает меня и гонит голого в воду. Лодки у меня нет, нет и собаки. Второй дальше. Еще миг — и селезень у меня в зубах. Судорожно гребу к берегу. Я боюсь, что на него сил не хватит. Выбираюсь на берег. Всеми клетками тела ощущаю жуткий холод воды. Но жаль вторую птицу — пропадет. Ноги по колено в иле.

Снова бросаюсь в воду. Бросив добычу на берегу, пробегаю несколько кустов — селезня уже успело снести течением. «Ну, еще немного», — подбадриваю сам себя и из последних сил цепляюсь за куст. Сердце бешено бьется, но утка в моих зубах. Шершавый колючий снег обжигает ступни ног. Выбравшись на берег, бегу краем луга к подсадной. Навстречу идет Володя.

— сияет он. — Ну ты молодец! — Селезня подбил.

— восклицаю. — Двух!

И тут он начинает понимать, что я плавал за ними.

Давай быстрее одевайся и дуй домой. — Ну ты и даешь! И разотрись — посинел весь. Обязательно водки выпей.

— спрашиваю одеваясь. — А ты что-нибудь поймал?

Сейчас тоже домой пойду. — Нет, маленький подлещик и все.

И бегом через луг с трофеями домой. — Возьми, Володя, подсадную, — прошу.

Отец на пороге вытянул в удивлении лицо:

Здесь и дом, и дичь, и рыба. — Вот это охота, а ты куда-то в чужие места ездишь.

Переоделся. Я прошел к столу, опрокинул стопку водки.

— спрашиваю отца. — А где Слава с Витей?

На дворе картошку чистят. — Здесь они, тебя ждут на тягу идти.

Закурил. Я вышел во двор. Витя и Слава сидели на стульях, склонившись над кастрюлями.

— Повара, принимайте продукты, — весело сказал я и небрежно бросил селезней на пожухлую траву.

Ребята повскакивали с мест, забыв про свои ножи и кастрюли.

— Слава восхищался как ребенок и гладил сизо-бело-бордовое оперение птицы. — Какие красавцы!

Взгляд у него был рассеянный. Витек сдержано сопел. Вдруг он встрепенулся и скомандовал:

— Так, скорее на тягу, а то опоздаем.

За березовой рощей перед нами открывается широкая вырубка. И вот мы шагаем по раскисшей дороге, переходим через мост, пересекаем пока еще пустующий выгон для скота, подымаемся в гору и идем по лесу.

Мы располагаемся: Слава с одной стороны поляны, Виктор с другой, я посередине. Вот здесь, судя по всему, самое вальдшнепиное место.

фото: Fotolia.com

Ползет по старому листочку, загнувшемуся на упавшей ветке, букашка. Снега почти нет, и всюду жизнь. Где-то барабанит дятел. В кустарнике перепархивают с места на место и перекликаются малые птахи. Он затихает по мере того как темнеет. Поет птичий хор. Потускневший небосвод по-прежнему неподвижен и чист. И тогда начинают угрожающе кричать филин и пустельга.

И вдруг где-то за оврагом послышалось: «хрру, хрру». Прошло полчаса. Снова «хрру, хрру», и следом «фью-фью» — уже над верхушками деревьев, под которыми стоит Слава. Я замер.

Тишина. Выстрел раскатывается эхом. Прислушиваюсь с замиранием сердца. Еще «хрру, хрру, хрру» — теперь откуда-то из глубины леса, застывшего за моей спиной. Звуки долго не повторяются.

И вот прямо над головой вижу долгоносый силуэт заветной птицы. Вдруг где-то совсем рядом «хрру, хрру» и сразу за этим: «фью, фью». Беру упреждение и стреляю. Кажется, что вальдшнеп летит медленно, но это только кажется.

Еще достаточно светло, и я без труда нахожу его. Долгоносик, сложив крылья, падает посредине поляны. Вот она — древняя таинственная птица, заветный трофей охотников многих поколений, желанная дичь для изысканной кухни королей.

У Виктора все еще тишина... Слышу, Слава сделал дуплет. Проходит какое-то время, и раздаются шаги Виктора, его массивный темный силуэт приближается ко мне.

— Ну как, взял?

— Взял одного, — отвечаю шепотом, и слова кажутся мне слишком громкими в таинственной тишине.

— Над вами, как реактивные летают, а у меня хоть бы кто, — в речи Виктора звучат завистливые нотки.

У нас тоже плохо летают. — Это тебе так кажется.

— Похоже, пора домой.

— Я еще немного постою.

Виктор теряется на фоне темной стены леса. — Ладно, я подремлю здесь на бревнышке.

Закончилась, наверное, тяга. Становится совсем темно. Неожиданно совсем рядом со стороны оврага тишину прорезал заветный звук «хрру, хрру, хрру». Я сменил место, встал под куст бузины ближе к центру поляны. Увидев силуэт птицы, целюсь. И через мгновение повторился над головой. Стреляю.

И вдруг там темноту прорезает огненная линия. Вальдшнеп начинает падать, но, едва коснувшись земли, взмывает свечой и стремительно планирует в гущу леса, прямо на Виктора. Выстрел кажется оглушительным.

— Профессионально, — слышу хвастливую самооценку Виктора.

— удивляюсь и направляюсь к товарищу. — Что, попал? Как ты его увидел на фоне леса? — Не может быть!

Профессионал. — Милый мой, кто стрелял-то? Там он где-то. Ну, иди-иди, поищи. Метрах в десяти упал.

Мне не верится что-то в успех, но мы ищем долго и тщательно. Вот уже и барский тон появился... На густой прошлогодней листве трудно что-либо разглядеть. Наш единственный фонарь еле светит. Подходит Слава. Вальдшнепа нет. Я поздравляю друга с полем, и все мы отправляемся в деревню. Его трофей болтается на поясе.

Вот и вчерашняя поляна. Утром, когда роса капала с ветвей деревьев, я пошел в лес без ружья. Он лежал на боку, в побегах молодого орешника. Прикинув траекторию полета подранка и отмерив десять шагов от бревна, на котором дремал Виктор, сразу нашел вальдшнепа.

Его черный глаз тускло поблескивал из-под прикрытого века. Его длинный клюв и голова были повернуты так, что, казалось, он внимательно слушает землю. Лесной кулик даже мертвый был очень красив, но не так таинственен в проникающих к земле лучах солнца... Одно крыло распласталось по бурой листве, теряясь в одинаковой гамме красок.

Во дворе встречаю Виктора, показываю ему трофей. Нагулявшись по весеннему лесу, возвращаюсь домой. Он берет птицу на ладонь и с любовью рассматривает ее, добавляя при этом: Он скрывает удивление за напускным равнодушием, но маленькие глазки его радостно бегают.

— Ну что ты хотел, профессионал ведь стрелял.

— А вы с утра на уток ходили или опять водку фильтровали?

— Обижаешь, ходили.

— Взяли что-нибудь?

Пойдем покажу, — Виктор приглашает меня в избу. — Взяли.

Отец со Славой сидят возле окна за накрытым столом и о чем-то беседуют. Через сени заходим в комнату. У Славы за спиной на стене висит большущий селезень.

Таких огромных селезней я еще не видел! — Вот это экземпляр! — восклицаю я с завистью и бросаюсь к утке, чтобы прикинуть ее вес.

Тут все начинают безумно хохотать. Снимаю с проволочного крючка птицу — она невесома, но до меня пока еще ничего не доходит. Отец с Виктором покатываются от смеха. У Славы от смеха перехватило дыхание, и он, закашлявшись, ударяет в дверь ногой и выскакивает в сени.

Пропорции при этом были соблюдены. Оказывается, Виктор снял шкуру с добытого мною вчера селезня и набил чучело соломой, да так, что размеры мнимого селезня стали значительно больше. Таксидермист, понимаете ли...

— Профессионально, — принимаю я шутку, и на какое-то время мне становится тоже весело.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан
Обязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Ещё про охоту и рыбалку

Cпасенному в Заполярье медвежонку ищут новый дом

Определили пол - медведица. фото: Fotolia.com Предполагают, что с матерью его разлучили бродячие собаки.  Недавно на Диксоне нашли медвежонка. Маленькая медведица была вынуждена искать пропитание среди мусора, выходя к людям. Но условия там не подходящие и медведице подыскивают другой зоопарк. ...

Продолжается борьба с электроудочками

Сотрудниками рыбоохраны, совместно с сотрудниками полиции задержан браконьер с электроудочкой и уловом. Фото: Андрей Яншевский. Нарушитель задержан на месте преступления на реке Терек. Улов состоял из нескольких подустов, сома, карася и усача. Орудия ловли изъяты, материалы с признаками уголовного дела ...