Главная » Охота » Охота — моя страсть: интервью с Павлом Николаевичем Гусевым

Охота — моя страсть: интервью с Павлом Николаевичем Гусевым

Интервью с главным редактором ИД «Московский комсомолец» Павлом Гусевым.

Фото из архива Павла Гусева.

Фото из архива Павла Гусева.

Как пришли к этой мысли? — Павел Николаевич, Вы первым в Российской Федерации стали издавать охотничью периодику.

— В начале девяностых прошлого века я много путешествовал по миру и, естественно, замечал, какое разнообразие охотничьей литературы издается за рубежом.

Возникло внутренне понимание, что в России просто необходимы журналы и газеты, которые бы освещали охотничью и рыбацкую тему с совсем другой стороны.

Поясню: в СССР и в России на самом деле выходило немало охотничьих изданий, но все они носили характер чисто  прикладных: как организовать и вести охотничье хозяйство, как разводить дичь и т.п.

Это отражало существовавшее тогда отношение к охоте как к занятию, обеспечивающему население мясной продукцией.

Мне показалось, что для людей, увлеченных трофейной охотой, нужны совсем другие издания, в создание и развитие которых и было принято решение вложить деньги.

Поначалу она называлась «Московская охотничья газета», затем переросла в «Российскую охотничью газету». Начинали мы с газеты, которая существует и по сей день.

Это периодическое издание, где обсуждаются проблемы, существующие в отечественном охотничьем мире.

Одно время мы издавали целых 4 тематических журнала, но вскоре поняли, что это не совсем правильный путь, и пришли к выпуску единого толстого иллюстрированного журнала под общим названием «Охота и Рыбалка XXI век». Затем последовали эксперименты с разными журналами.

Есть будущее у Ваших печатных изданий? — Рынок рекламы сужается из-за санкций, молодежь все больше и больше интересуется не печатным словом, а информацией из интернета.

— Мы не намерены отставать от научно-технического прогресса и одними из первых создали сайт «Охотники.ру», который вбирает в себя как дайджест газетных и журнальных статей, так и эксклюзивные материалы.

Это зарегистрированное интернет-СМИ, которое имеет свой круг читателей, «живущих» в интернет-пространстве. На сайте идет оживленная дискуссия по всем вопросам. Собираемся развивать это направление и в будущем.

Пока сворачивать их выпуск не имеет смысла. Что касается печатных изданий, то в ближайшие годы я не вижу угрозы их существованию.

Да, все это влияет на рекламный рынок. Да, санкции, да, проблемы в экономике. Мы опытные издатели и производители, думаю, сумеем еще долго сохранять печатные версии на медийном рынке Но есть много способов, как выживать именно печатной продукции.

Что для Вас охота? — Вы увлекаетесь трофейной охотой уже много лет. Страсть, увлечение, отдых, спорт?

Название книги состояло из одного слова — «Страсть», которое точно передавало всю ту душевную, физическую и внутреннюю тягу человека к охоте и рыбалке, к дикой природе и тем особым отношениям, которые крепко связывают охотников между собой. — Когда-то очень давно я прочитал книгу писателя и охотника Ефима Пермитина.

Правда, увлечение мое природой началось еще в школьные годы. С тех пор я тоже определяю для себя охоту прежде всего как страсть. Оно привело меня на студенческую скамью геолого-разведочного института.

Геолог много времени проводит в экспедициях, в поле. Во время учебы это чувство только окрепло, ведь природа для геолога — это, наверное, основное место его обитания, его работы.

Естественно, это только укрепило охотничью страсть. Ощущение единения с природой, звери, которых видишь в маршрутах, обилие рыбы в реках, возможность их добыть — все это связано между собой и органически сочетается с работой геолога.

Фото из архива Павла Гусева.

Или охотником может стать любой человек, взявший в руки охотничье ружье? — Является ли охота во многих своих аспектах, на Ваш взгляд, уделом состоятельных людей?

Собираешь книги — это деньги. — Любое увлечение требует денег, и исходить надо из этого. Если увлекаешься коллекционированием старых автомобилей — опять деньги. Собираешь марки — тоже деньги. Охота — это увлечение.

Но именно трофейная охота помогает сохранять дикую природу и животных. Замечу, в данном случае мы говорим о трофейной охоте, а любой трофей стоит определенных денег, и зачастую достаточно больших.

Это называется по-другому — уничтожением природы, потому что лось не может стоить 5 рублей. Если ты хочешь за 5 рублей пойти и завалить лося, это уже не охота. Во всем мире трофейная охота имеет обратную сторону — денежную и, как бы парадоксально это ни звучало, помогает сохранить и приумножить диких зверей в природе.

Все это мы сегодня видим в Европе, в Новой Зеландии, в США, где собственники угодий тратят немалые средства на то, чтобы сохранить диких животных, а охотники вкладывают огромные суммы, чтобы поддержать хозяйства в их созидательной работе.

— Понятно, что, оценивая охоту как увлечение, Вы не имеете в виду промысловую охоту народов Крайнего Севера, для которых добыча пропитания — определенный способ выживания.

Кстати, во всех странах, где развита трофейная охота, и в Канаде, и в США, существует определенная правовая система скидок, поблажек исключительно для коренных народов, для которых добыча пищи — тысячелетняя традиция. — Разумеется.

Правда, стоит заметить, что сейчас и в Канаде, и в Америке, там, где проживают индейцы, эскимосы и другие северные народы, круглый год продается свежая клубника, парное мясо, свежая рыба, построены прекрасные супермаркеты.

В отличие от наших северных народов, которым, к сожалению, государство оказывает мало поддержки. То есть нужды отстреливать моржа ради пропитания давно нет, и охота как таковая не является для местного населения главным способом выживания. Для них добыча подчас является основой существования.

Охотиться для некоторых представителей власти или бизнеса стало модным трендом: мол, все ездят, и я должен поехать. — Среди наших чиновников получил распространение термин «статусная охота». Как Вы относитесь к таким «охотникам»?

И они долго не задерживаются в нашем охотничьем союзе. — Таких единицы. Если, конечно, сразу не заразятся тем самым  охотничьим «микробом», не подхватят тот заряд любви и не заболеют той страстью, которые испытываем мы.

Это неправильная, чуждая точка зрения, которая не имеет права на жизнь. Поэтому я не верю, что кто-то ездит на охоты ради того, чтобы постоять рядом с начальником или встретиться с каким-то нужным человеком.

Фото из архива Павла Гусева.

Достаточно вспомнить высказывания некоторых наших политических деятелей о том, что охотников нужно отводить к психиатру. — Еще совсем недавно чиновники стеснялись признаваться в увлечении охотой — настолько негативная аура создалась вокруг образа охотника. Вы никогда не стеснялись звания охотника?

Если охотник стесняется своего увлечения, значит, оно для него ничто, пустой звук. — Опять же не могу с этим согласиться. Как только человек начинает размышлять, что про него скажут зеленые или любимая женщина, так знайте: в нашем деле это персонаж случайный.

То же самое и здесь. Вот есть автомобилисты, а есть среди них случайно затесавшиеся, которые только создают аварии и проблемы на дорогах.

На мой взгляд, это от незнания, как нужно себя вести с зелеными. Да, некоторые охотники «при высоких должностях» стараются не афишировать свое увлечение по причинам, связанным, например, с зеленым движением.

Представители этого движения проявляют нездоровое отношение к охотникам и видят в них исключительно истребителей природы, оттого что не понимают, как устроена жизнь.

А также спросите у охотника, сколько он вкладывает времени, сил и денег в сохранение животного мира. Спросите их, сколько конкретно средств они вложили в сохранение дикой природы? И вот из их ответов станет ясно, кто защищает животных на деле, а кто — только на словах.

— Многие предпочитают выезжать на охоту исключительно со своей командой, со своими друзьями, а Вы?

Если это охота российского или европейского типа, к примеру загонная, то в группу могут собраться до 20 человек. — Все зависит от вида охоты.

Это же прекрасный отдых — охота на природе. Но обычно все-таки охотник едет с достаточно близкими людьми, потому что хочет посидеть вечером в кругу друзей, поговорить, рассказать о каких-то интересных случаях, о том, что увидел, как добыл зверя, порадоваться за товарища, выпить рюмочку-другую.

Горная охота — одна из самых захватывающих, но и самая опасная. В одиночку ездят, как правило, на горные охоты, ведь по горным тропам толпой не пройдешь.

— Вы охотились с публичными людьми?

— Достаточно часто.

Я ее люблю не меньше, чем охоту. Не спрашивайте меня, как я отношусь к рыбалке. Конечно, хочется, чтобы она всегда была успешной и радовала выдающимися трофеями. В любом виде, в любом месте, в любое время года. Но именно поимка таких монстров навсегда остается в памяти и вновь заставляет паковать снасти для новых поездок. Однако треска весом за двадцать килограммов или щука за десятку – это редкость, за которой приходится либо ехать в Тмутаракань, либо потратить массу времени. Фото из архива Павла Гусева.

Например, если будет выбор, куда пойти: на охоту или на премьеру фильма — куда отправитесь? — Вы до охоты жадный человек?

— Скорее, просто перенесу охоту: премьера фильма бывает один раз в жизни, а охоту можно на один день отодвинуть.

Вас это злит, расстраивает? — Бывает такое, что Ваш напарник опередит Вас, выстрелит первым.

Ну, досада бывает, что опять не на меня вышел зверь, но это же мимолетное чувство. — Нет. Вот там, если промазал... А потом все-таки надо учитывать, что есть еще индивидуальные охоты, когда ты с егерем сидишь в засидке на зеленях или на овсах медведя ждешь.

— А Вы везучий на охоте человек?

— Да.

— А способны отдать товарищу право на выстрел?

Всегда хочется быть первым. — Это очень сложный вопрос. Но если я вижу, что это, допустим, обычная небольшая серна, с удовольствием отдам добычу моему коллеге.

— А трофейную, хорошую серну?

— Конечно, ее хочется добыть самому.

Вы когда-нибудь задумывались над этим явлением? — Мы уже говорили об антиохотничьем движении. Как нам, охотникам, с ним уживаться?

Такое движение, несомненно, должно существовать. — Есть общечеловеческое, доброжелательное и доброе отношение к животному миру, к миру природы. Но оно не может быть агрессивным, неадекватным, ведь нельзя закрывать глаза на то, что делает охотничье сообщество для сохранения животного мира.

Я, например, очень много делал за свою жизнь и делаю для сохранения животного мира и готов объединять свои средства и усилия со всеми, кто реально заботится о сохранении природы, поддерживать зеленые проекты материально. Нам с защитниками природы надо стать союзниками, а не врагами, в этом я абсолютно убежден.

Фото из архива Павла Гусева.

С Вашей точки зрения отвечает ли оно духу и смыслу охоты? — Вы хорошо разбираетесь в охотничьем законодательстве, которое существует в нашей стране.

Прежде всего он не согласован с охотничьим сообществом, с лесным, водным кодексами страны, что, естественно, создает огромное количество проблем на практике, особенно для людей, которые работают в этой сфере. — Закон об охоте принимался быстро и был абсолютно не проработан.

Каждый год в закон об охоте вносятся какие-то изменения, но он все время требует мощнейших преобразований.

— Можно говорить о том, что нужен новый закон об охоте?

— Надо усовершенствовать тот, что есть.

Развивать охотничье хозяйство путем расширения доли частных охотпользователей не означает ли ущемление прав таких общественных организаций, как Росохотрыболовсоюз? — Экономика охотничьих хозяйств у нас в стране (как, впрочем, и во многих странах мира) имеет дотационный характер.

Каков выход? Ведь материальные возможности частных охотхозяйств, куда инвесторы вкладывают большие деньги, и общественной организации, где, к примеру, 300 членов платят по 500 рублей в год взносов, несоизмеримы.

Существуют земли частных охотпользователей, которые вкладывают огромные деньги в сохранение животного мира и его охрану. — Пока нет выхода. Сегодня в стране существует большое количество охотхозяйств, где переизбыток животных, в том числе и вольерных, в результате чего многие охотпользователи обмениваются ими или выпускают их на волю.

К сожалению, у них другие возможности, там нет переизбытка животных, там наряду с их охраной существует браконьерство. Но существуют и охотничьи угодья, принадлежащие общественным организациям.

Как это работает, мы с вами знаем. А есть и угодья общего пользования, где зачастую следа животных не увидишь, потому как их охраняет государство. Все это издержки сложившейся системы.

Это длительный, но,уверен, поступательный процесс. Но, думаю, рано или поздно государство возьмется помогать охотпользователям и прежде всего общественным организациям.

Вы действительно считаете, что это возможно? — Вы упомянули о дотировании охотничьих хозяйств со стороны государства.

Угодья без хозяина превращаются в пустыню. — Государство обязано поддерживать системы, связанные с сохранением природы. Я знаю, что такое понимание сегодня уже существует у ряда чиновников, многих это действительно заботит.

Можете рассказать об этом? — Известно, какое активное участие Вы приняли в том, чтобы в структуре МПР была воссоздана самостоятельная единица — департамент охоты.

— Я благодарен министру Дмитрию Кобылкину за то, что после достаточно длительных раздумий он все-таки решил не просто воссоздать охотничий департамент, но и напрямую будет курировать его работу.

Планируется осуществить массу мероприятий. Попутно воссоздается целый комплекс мер по организации и развитию охотничьего хозяйства страны и сохранению животного мира. Многое из того, о чем мы мечтали, теперь записано на бумаге и будет осуществляться.

Это многого стоит. Если так дело пойдет и дальше, то министр не просто войдет в историю как один из руководителей, который не только продолжил русскую охотничью традицию, но и сумел сберечь многообразие животного мира в наших лесах, организовать его государственную охрану, сохранить российское охотничье братство.

Как Вам такая идея? — Министр в своем выступлении на парламентском часе упоминал, что в планах стоит преобразование департамента в охотничье агентство.

Любое дальнейшее положительное решение в области государственного управления охотой будет только приветствоваться. — Давайте для начала сделаем сильный, мощный департамент, отладим взаимодействие с регионами.

Ваше отношение к нападкам на весеннюю охоту? — Но вернемся к «своим баранам».

Так, дичи надо обеспечить (речь идет о водоплавающей дичи прежде всего) возможность заниматься воспроизводством популяций. — Я считаю, что весенняя охота должна существовать, но ее нужно очень четко регламентировать. Как обезопасить самок гусей и уток от отстрела?

Особенно это касается гусиной охоты. К сожалению, тут есть большая проблема. Охота с подсадной уткой на селезней сама по себе идет на пользу популяции и должна всячески пропагандироваться и поддерживаться.

Но стрельбу по летящим уткам весной надо вообще исключить. Уменьшение количества «разбойничающих» селезней только способствует сохранности выводков. Говорить о запрете охоты на токах или на вальдшнепа на тяге я считаю неприемлемым для нашей страны.

Фото из архива Павла Гусева.

— Вы согласны с тем, что для россиян охота — это часть культуры?

Это традиция, которая тянется с древнейших времен. — Конечно! Хочу напомнить, что в России до 1917 года существовало Императорское общество правильной охоты.

Это и по сей день главное определение трофейной охоты. При фразе «императорская охота» самодержец всегда делал поправку, добавляя слово «правильная».

— За последние 10 лет частенько звучали предложения вообще лишить людей права на охоту...

Уверен, никто и никогда не лишит граждан в нашей стране права на охоту. — Не получится.

Объединяет он элитарных охотников, но сегодня количество членов сокращается во многом из-за того, что у нас достаточно серьезные проблемы в экономике. — Вы являетесь одним из организаторов старейшего Московского охотничьего клуба «Сафари». Эта идея изживает себя или у этого клуба есть будущее?

С каждым годом трофейная охота становится все более дорогим удовольствием. — Действительно, экономически сложная ситуация ограничила очень многих заядлых охотников в средствах, которые они раньше вкладывали в свое увлечение. Особенно это касается некоторых африканских охот или горной охоты, где трофей стоит очень больших денег.

Но я не вижу особых проблем для существования клуба «Сафари». Сравнивать уровень цен охоты на снежного барана или тура с ценами «лесной» охоты нельзя.

Это все должно привлечь новых членов. У нас достаточное количество членов, мы разнообразим работу клуба, делаем ее интересной и насыщенной. Я абсолютно уверен, что клуб «Сафари» не исчезнет.

С годами тяга к охоте не пропадает? — У Вас за плечами колоссальный охотничий опыт.

Но, к сожалению, существуют определенные проблемы со здоровьем, особенно со зрением, и это, конечно, в последние два года резко ограничило мои охотничьи возможности: некоторые виды охоты для меня теперь просто недоступны. — Абсолютно не пропадает.

Это тоже увлечение? — Вы собрали богатейшую охотничью библиотеку.

На сегодняшний день у меня, наверное, одно из самых полных собраний охотничьей литературы. — С 16 лет я начал собирать книги, посвященные путешествиям, природе, охоте. И я этим искренне горжусь, потому что отдал собирательству всю свою жизнь.

Есть очень интересные книги, причем не с точки зрения их стоимости — они бесценны, а потому что сохранились в единичных экземплярах и по ним мы можем судить о нашей истории.

У меня есть свой домашний охотничий музей, в котором я храню и трофеи, и самые различные предметы, связанные с бытом охотников, привезенные из различных уголков планеты. Попутно я собираю различные артефакты, связанные с охотой.

— Вы и сегодня продолжаете охотиться за рубежом?

— Продолжаю, но значительно реже.

— Как человек, любящий и ценящий слово, не считаете ли возможным применять в законодательных актах об охоте менее казенный язык?

Ни при каких условиях! — Ни в коем случае! А с толкованием законодательных актов у нас сегодня большая проблема. Только казенный, сухой, юридически выверенный язык не позволит отступить от точного толкования и исполнения тех или иных статей или положений закона.

ФОТО SHUTTERSTOCK

— Что бы Вы пожелали читателям журнала и газеты в новом 2019 году?

Русская охота испокон веков была связана с чудесными приключениями, силой человеческого духа, смелостью, юмором, смекалкой, тесным единением с природой. — Прежде всего хороших трофеев, прекрасного настроения, уверенности в завтрашнем дне.

Привозите домой фильмы и фотографии, сделанные в лесу, горах и пустынях. Желаю читателям побольше выходов на охоту и интересных охотничьих путешествий.

Мне кажется, очень скоро мы будем устраивать не только выставки трофеев, привезенных с охот, но и выставки своих фото- и киновпечатлений, которые рассказывают о людях, живущих в том или ином регионе земного шара, о разнообразии животного мира и природы.

Все это ценный вклад в развитие нашей общей истории и культуры.





Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Это интересно

Ученые Китая и России изучат миграцию редких птиц

Научно-исследовательский центр по экологическим наукам Академии наук Китая и правительство Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО) подписали соглашение о сотрудничестве в сфере изучения путей миграции редких водоплавающих птиц и популяции стерха. фото: Fotolia.com Как рассказал заместитель директора департамента внешних связей Ямала Владислав ...

Ушел из жизни Роман Николаевич Седов

16 июня на 62-м году, после болезни ушел из жизни Роман Николаевич Седов, кинолог Рязанского ООиР, эксперт по легавым собакам. Роман Николаевич всю жизнь посвятил одной породе - пойнтеру. Эта любовь связала его с Виктором Александровичем Селивановым, который помог ему ...