Главная » Охота » Ольхонцы борются за свои охотугодья: все земли власть отдала богатым арендаторам

Ольхонцы борются за свои охотугодья: все земли власть отдала богатым арендаторам

На побережье Байкала запрещено всё: строительство, разведение скота (его просто негде пасти и нечем кормить), огородничество (на довольно скудной почве мало что растёт), выход в лес. «Тащить и не пущать» – такому правилу в последнее время вынуждены подчиняться коренные обитатели Ольхонского района. И охота тоже под запретом. Недавно запретили рыбалку – точнее, ловлю омуля, который кормил многие семьи.

фото: Семина Михаила

фото: Семина Михаила

Правда, неформальным.

Охотиться пока можно – вот только негде: практически все охотничьи угодья отданы в аренду сторонним лицам.

Идите лесом

Для местных жителей охота всегда была существенным подспорьем, а для кого-то – и единственной возможностью поесть мяса.

Скудость почвы на самом острове, например, не давала возможности держать скот.

Как вспоминает председатель Ольхонского отделения Иркутской областной общественной организации «Общество охотников и рыболовов» Юрий Ламанов, даже в советские времена корма для скотины на остров завозили с материка.

А о том, чтобы запасти сена на зиму, и речи быть не могло. Пасти коров или овец было сложно: травы мало, чтобы накормить животных, за день приходилось наматывать не один десяток километров.

Потом национальный парк «Заповедное Прибайкалье», организованный одним из первых ещё при СССР, запретил местным жителям выпас скота и заготовку кормов на территориях, отошедших к парку.

Вот и остались ольхонцам, как древним людям из учебника истории, охота, рыболовство и собирательство.

Сначала загнулось централизованное рыболовство, потом нацпарк стал потихоньку запрещать ходить в лес, а тут и охоту отобрали. Дальше – больше.

Водятся там и косули, и лоси, и изюбрь, и кабарга. В принципе, официально охотничьи угодья в Ольхонском районе есть, и их, можно сказать, немало: около 500 тысяч гектаров. Есть птица и пушной зверь – соболь, к примеру, на котором и заработать можно, сдавая пушнину.

У местного отделения общества охотников и рыболовов было 126 тысяч гектаров охотугодий, закреплённых конкретно за обществом, и места всем хватало. До 2000 года местные так и жили: имели ружья, брали лицензии на отстрел лесного зверя, охотились в разрешённых местах.

фото: Fotolia.com

Первые арендаторы появились в 2000 году. А потом охотничьи угодья стали сдавать в аренду. К 2014 году все охотничьи угодья были сданы сроком на 25-49 лет совершенно посторонним гражданам, не жителям района.

Договоры и так называемые охотхозяйственные соглашения подписывались в правительстве Иркутской области и по поручению региональных властей – Службой по охране животного мира. «Помог» в этом федеральный закон, который определил возможность такой аренды – на правах аукционов.

А среди крупных арендаторов – общество «Динамо» (региональное УВД), иркутский авиазавод и другие ведомства и предприятия. Общедоступными в итоге оказались только около 3% всех охотничьих угодий района.

На главных подъездных путях появились шлагбаумы и будки с охраной, на просёлочных дорогах – рвы и шипы, закрывающие проезд. Новые владельцы позаботились о сохранности своих участков.

Свои охотоведы охраняют территорию от местных, которые могли бы забраться в лес – чтобы не браконьерничали на ставшей чужой территории.

Вот только стоимость такой лицензии в десятки раз выше, чем обычной, государственной. Правда, как отмечает Юрий Ламанов, новые хозяева благодушно предложили местным приобретать у них лицензию на право поохотиться на участках.

Закрыть глаза в пользу арендаторов

В 2016 году Служба по охране животного мира предпринимала попытки увеличить общедоступные охотничьи угодья, присоединив к ним часть межхозяйственных лесов.

Однако ольхонцам от такого решения преференций не прибавится, возможностей – тоже, поскольку межхозяйственные леса располагаются на границах с населёнными пунктами, и промысловых животных там практически нет.

Но сам факт заставляет горько улыбнуться: внешне о правах местных жителей вроде как позаботились и даже, вот, охотугодья увеличивают.

Волнует это только самих местных, которым по-прежнему негде охотиться. То, что это бессмысленно, никого не волнует, бюрократическая галочка поставлена: мол, помогли, защитили интересы местных жителей.

Они стараются отстоять свои права. Нельзя сказать, что ольхонские охотники сложили лапки и сели по домам клясть злую судьбу.

С просьбами пересмотреть сложившуюся ситуацию с арендой охотничьих угодий в районе местные охотники обращались везде: в Росприроднадзор, в региональное отделение «Общества охотников и рыболовов», к депутатам Заксобрания и Госдумы, губернаторам – прежнему, Сергею Ерощенко, и нынешнему, Сергею Левченко.

фото: Fotolia.com

07. Ответ им всегда был один: оснований для пересмотра ранее принятых решений о сдаче охотничьих угодий в аренду согласно Федеральному закону № 209-ФЗ от 24. «Об охоте и сохранении охотресурсов и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» нет. 2009 г.

При этом права и законные интересы местных жителей не принимались в расчет. Вот только закон был принят в 2009 году, а охотничьи угодья в аренду стали сдавать ещё в 2000 году.

Не видят – или не хотят видеть? Однако на эту правовую коллизию никто не обращает внимания.

Загадочная схема

Ситуацию, по словам Юрия Ламанова, могла бы улучшить «Схема размещения, использования и охраны охотугодий на территории субъекта РФ».

Кстати, обязанность по её разработке возложена на субъекты в том же самом ФЗ № 209, по которому сданы в аренду ольхонские охотничьи угодья.

По закону все должно выглядеть так: сначала составляется данная схема, потом она обсуждается с заинтересованными сторонами, в том числе и местными охотничьими обществами, потом утверждается и подписывается губернатором Иркутской области.

Создание схемы было поручено Службе по охране животного мира Иркутской области ещё в 2017 году, но документ до сих пор не подготовлен и не вынесен на обсуждение.

И кто теперь будет делать данную схему – охотникам непонятно. Правда, и самой Службы уже нет – распоряжением губернатора она включена в министерство лесного комплекса региона.

Юрий Ламанов, а с ним и другие охотники предполагают, что документ был подготовлен и принят – втихую, без обсуждения и участия общественности.

В то время как есть чётко определённые требования к схеме, в которых говорится об обязательном выделении в каждом муниципалитете общедоступных охотугодий – не менее 20% от общей площади этого вида земель.

Сданные в аренду охотугодья располагаются в 2-3 километрах от населённых пунктов, что создаёт дополнительную социальную напряжённость.

Местные жители, лишённые права даже выйти в лес, который вдруг стал частным, наблюдают за тем, как посторонние на красивых машинах выезжают в ИХ лес, делают там что хотят и уезжают в свою жизнь, оставляя после себя мусор, сломанные деревья, очаги пожаров.

Закон, позволяющий сдать охотугодья в аренду, не прописывает ответственность арендаторов за уменьшение поголовья диких зверей и за возникновение лесных пожаров.

Многократные обращения общественников во властные структуры с просьбой внести изменения в данный закон № 209-ФЗ отклика у этих структур до сих пор не находят.

Поправки без поправки

При расторжении договора деньги придётся возвращать. Пересмотреть договоры аренды охотничьих угодий и выделить ольхонцам положенные им по закону 20% от общей территории охотугодий в районе региональному минлеса сейчас, понятно, сложно – за право аренды заплачены деньги.

Юрий Ламанов сказал, что такой информации нет даже у общественников, поскольку это коммерческая тайна. Нам, правда, не удалось узнать, сколько конкретно платится за аренду. Но даже начальные ставки за право аренды были столь высоки, что у рядовых охотников района не было средств их оплачивать.

Так что после расторжения договоров они, конечно, захотят вернуть свои средства… А сейчас права аренды уже несколько раз перешли из рук в руки, арендаторы перепродают участки друг другу за солидные деньги.

фото: Игнатова Валентина

Действующие и бывшие депутаты тоже не слышат. Губернатор Сергей Левченко, обещавший «услышать голос каждого», ольхонских охотников не слышит.

Поправки предусматривают закрепление обязательных 20% доступных охотугодий в каждом районе отдельно. Правда, недавно депутатом Михаилом Щаповым был внесён в Госдуму проект поправок в пресловутый закон.

Добраться туда можно только на вертолёте или вездеходе. Сейчас норма общедоступности выполнена только для Иркутской области в целом: общедоступные охотугодья располагаются в удалённых территориях (северных районах). Это не даёт жителям реализовать своё законное право на охоту.

Так что, даже если поправки примут, у ольхонских охотников всё равно не будет возможности охотиться в привычных угодьях. Однако в поправках депутатом не предусмотрена возможность расторжения или пересмотра действующих договоров с охотхозяйствами.

Главное – показать свою заботу о людях, а потом удивляться: что, мол, вам ещё надо-то? Но ведь для авторов законов это не главное. Только о вас ведь и думаем!





Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Это интересно

Бывшим рыбоохранникам добавили срок

Они признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. В апреле 2019 года Салехардским городским судом вынесен приговор по уголовному делу в отношении бывших начальника отдела и государственного инспектора Нижнеобского территориального управления Федерального агентства по Рыболовству. 5 ст. «а, в» ч. ...

Браконьер заплатит 1,3 миллиона за отстрел оленей

Мужчина убил 20 диких северных оленей. Ямальский браконьер заплатит более миллиона. По версии следствия, в 2013 году мужчина убил 20 диких северных оленей. Житель поселка Уренгой был признан виновным в незаконной охоте с причинением крупного ущерба. фото: Антона Журавкова Ущерб ...